Логойск - региональный интернет-портал

Подполковник Харлап Р. В. больше года служит в должности военного комиссара Логойского района.
Этот человек любит жизнь и окружающих людей. Он обладает чувством юмора и не терпит сериал «Солдаты». Считает, что людей без вредных привычек не существует, и сам постоянно совершенствуется. Может быть строгим и суровым, но никогда не останется равнодушным к чужой беде.
Сегодня настоящий военный отвечает на вопросы нашего корреспондента.

— Руслан Владимирович, с чего бы вы сами хотели начать наш разговор?

— Только не спрашивайте, «надолго ли я к вам?». Если честно, этот вопрос задает мне чуть ли не каждый, с кем приходится общаться. Всем отвечаю: и не надейтесь! Буду работать тут еще долго.
Логойщину полюбил за душевность. Здесь потрясающие люди!
Это у меня второй такой момент в жизни. Впервые встретил подобное отношение в Йошкар-Оле.
А вот в Ростове, где начинал учиться, жители другие. Расскажу такую историю. Мы, курсанты, на полевом выходе осуществляли ориентирование на местности. Заходим в станицу, просим наполнить фляжки водой. И вот, представьте, колодец стоит во дворе, а вокруг лежат упавшие с деревьев яблоки, абрикосы. Гниют. Ты зачерпываешь воду, а из-за угла наблюдают, чтобы никто не поднял фрукт. Нам, белорусам, это было дико.

— Вы сказали «нам, белорусам». Но, насколько мне не изменяет память, местом своего рождения называли г. Архангельск…

— Да. Родился я в Архангельске. Но и только. Когда мне было около годика, родители перебрались в Кличев. Там наши корни. Потом папу перевели в Червень.

— Вы в семье один?

— Не-е-ет (улыбается). Еще младший брат Сергей. Он в областном военкомате работает. Недавно ему присвоили очередное воинское звание. Так что подполковников Харлапов теперь двое.

— Руслан Владимирович, огласите, пожалуйста, свой послужной список.

— Да какой там послужной список! Ничего особенного. Срочную службу проходил в Йошкар-Оле. После окончания Серпуховского высшего военного командно-инженерного училища поехал под Иркутск в бухту Дровяную.

Специальность у меня специфическая – обслуживание ядерных боеприпасов и подготовка их к боевому применению. В 1993 году тех, кто не принял российскую присягу, приказом перевели в Беларусь. Прибыл я в Колодищи. Проходил службу на минском полигоне, а в 1995-м, когда его расформировали, -- в Военной академии командиром взвода курсантов, с 1998-го — командиром роты обеспечения в кинологическом центре, затем – офицером-воспитателем роты суворовцев. Дальше была служба в военкоматах. Сначала в столичных, а в минувшем году направили меня в Логойск.

— Вы можете вспомнить свое первое знакомство с нашим городом?

— Это был март или самый конец февраля. Стояла погода такая – ну, как сегодня. Туманно, пасмурно. Слякоть под ногами. Тишина после минской суеты давила на уши.

— И думаю: куда я попал?!

— Вовсе нет! Дело в том, что военный человек никогда так не думает.
Ведь вы вот даже не представляете, что такое Дровяная, где я раньше служил. По сравнению с ней Логойск – мегаполис. А Дровяная – это 2 трехэтажных дома и столько же бараков. И торговая точка – 3 на 5. Хочешь купить что-то большее – в Иркутск за 420 километров. Для нас это было, как теперь логойчанам съездить в Минск.
Поэтому понятия «дыра», скажем так, лично для меня не существует.
Но тревога все же была…

— Какого характера?

— Так любого человека переведи в другой коллектив, город, он будет чувствовать себя тревожно. Я — скрывать не стану – чуть ли не со слезами на глазах уходил из Заводского военкомата. Но не потому, что надо было ехать в провинцию. Просто многое успел там сделать.

— А здесь?

— И здесь. Приходишь в коллектив, естественно, все настороженно смотрят: что будет, да как… Поэтому сразу интересуюсь установленными тут правилами. И стараюсь их уважать.
В любой новой ситуации консультируюсь с людьми сведущими. Вот, к примеру, вручение медалей воинам-интернационалистам. Я знаю, как подобные мероприятия проходят в Минске. Но абсолютно не представлял, как будет организовано в Логойске. Тут более торжественно, празднично, что ли. Это то, о чем мы с вами говорили вначале. Люди на Логойщине – особенные.

— Руслан Владимирович, сохранение традиций это, конечно, дело святое. А привносите ли вы что-либо свое?

— Безусловно. Иначе для чего я тут? Но стараюсь делать это осторожно. Принимают мои нововведения – хорошо, развиваемся дальше. Нет – думаем что-то другое.

— Так что же отличает человека военного от гражданского?

— (Подполковник задумался). О-ой. Можно, конечно, высокопарными словами сказать. Долг, честь… Но я считаю, что об этом говорить не стоит. Погоны — это УЖЕ и долг, и честь, и ответственность… за окружающих, за страну.
Как было в Древней Руси? Рождается пацан, ему в руку вкладывают меч. Все. И он знал – татары пришли, шведы, еще кто-то — берет меч, щит и идет защищать Отечество. Он уже рождался мужиком. А сейчас пытаешься рассказать, что, мол, ты, парень, должен быть мужчиной. «Да-а, хорошо…» И все на этом.
Смею разочаровать: и среди военных есть «тряпки». Другой раз электрик, сантехник, связист имеет больше мужских качеств, чем иной генерал. И такое бывает.

— Но каждая профессия накладывает отпечаток…

— Отпечаток? Да. Во-первых, это чувство ответственности, как я уже сказал. Оно развито у военных гораздо сильнее, чем у людей гражданских. Обязательность.
Порядочность? Это должно быть нормой для всех. Пунктуальность, естественно. Чувство порядка. За всех не скажу, но я, например, не могу смотреть, как валяется мусор. Не понимаю тех, кто может выбросить на дорогу окурок, фантик и т. д. Считаю, что это свинство.
Еще раз повторю: порядок должен быть во всем. У военных это заложено воспитанием. Есть, конечно, определенный процент тех, кто будет ходить в засаленном кителе, с вытянутыми коленками. Но он небольшой.
Еще? Люди в погонах, как правило, смотрят на окружающих как на объект, который необходимо защищать. Это не совсем такое отеческо-материнское чувство, но что-то подобное.

— Руслан Владимирович, а как вы считаете, каждый ли парень должен примерить на себя солдатскую форму?

— Ой, не-е-ет. Бывает, приходит на призывной участок мальчишечка. Смотришь на него и понимаешь, что ни за что не пробежит в полной экипировке 3000 метров. Зато он, скажем, гений в компьютерных технологиях. И ради Бога! Этот парень за компьютером принесет стране гораздо больше пользы.
Но еще должен сказать: служба в армии — это конституционный долг мужчины.

— Часто приходится слышать от мам сорванцов: «В армии из тебя человека сделают!»…

— Армия дает что-то новое. Из мальчика делает мужа. Человека ставят в рамки. Дисциплина. Режим. Что бы ни случилось, в одно и то же время он ляжет спать и проснется, покушает. Занятия тоже четко по расписанию. А еще – ответственность за свои слова и поступки. Хочешь не хочешь, это любого дисциплинирует.
А воспитание должно за-кладываться еще в семье. У нас же получается: мама с сына до 18 лет пылинки сдувает, а потом отправляет в армию, чтобы из него человека сделали.
Ну, извините…

— Я знаю, что у вас сын допризывного возраста. Как воспитываете его? И что могли бы пожелать ему и его сверстникам?

— Воспитывать стараюсь на личном примере. Хотя с такой работой вижу его и дочь не так часто, как хотелось бы.
А пожелать? Только здоровья! Парни, девчонки, берегите его. Все зависит от вас самих. Здоровые люди не только армии нужны – они нужны стране.
Как на духу

— Вам приходилось на службе применять физическую силу?

— Да.

— А лгать «во спасение»?

— Да.

— Сколькими языками владеете?

— Русский, белорусский – «трасянка». Плюс английский со словарем.

— Вы охотник?

— Нет. Скорее – рыбак. Чуть-чуть.

— Водите автомобиль?

— С 1988 года. Но не механик.

— А какие отношения со спортом?

— КМС по боксу, по гиревому спорту.

— Есть ли у вас привычки, от которых хотите избавиться?

— Регулярно раз в год я бросаю курить.

— Любите ли читать художественную литературу?

— Очень.

— Назовите один из основных жизненных принципов.

— Каждый должен делать то, что он умеет лучше всего.

Беседовала Ирина СТАНКЕВИЧ.
Фото Л. ЗАГОРСКОГО.